6 октября 2014 11:25
Полина РАГИМОВА: В сборной Азербайджана все - нестандартные
Нападающая сборной Азербайджана по волейболу Полина Рагимова, ставшая лучшим бомбардиром двух первых раундов чемпионата мира, ответила на вопросы azerisport.com.
После двух групповых этапов вы возглавляете список бомбардиров ЧМ. Ожидали такого итога до старта мундиаля? Вообще, ожидали, что сборная Азербайджана сыграет здесь девять матчей?
Это был мой первый чемпионат мира, и, конечно же, волнение присутствовало. Я понимала, что являюсь одним из основных игроков команды. Настраивала себя на результат. В сборной играю с 17 лет, выступала на чемпионатах Европы несколько раз. Надо было убить это волнение. Для нас этот результат хороший. У нас огромное количество игроков, которые не знали, что такое чемпионат мира. На этом мундиале мы обыгрывали команды, которые сильнее и лучше нас.
За счет чего?
Думаю, что мы давили их эмоционально. В памяти отложилась победа над Японией. Это был большой стресс. В первой партии мы боролись сами с собой. Собрались, за счет этого волнения победили.
Насколько этот матч вообще повлиял на команду?
Мы поверили в себя. На следующий день был Китай, мы им проиграли. Устали, у нас не было времени отдохнуть. Но психологически было уже легче. Было трудно с доминиканками. Они мощно прыгают. Та же де ла Крус прыгает выше всех участников чемпионата мира. Прыгает в атаке на 3,20! Тем не менее, мы взяли одну партию, еще одну провели на уровне. С Германией в последнем матче мы тоже бились до последнего. Я рада, что у нас появилась такая сплоченная команда.
Почему нашей команде не удавалось победить в двух матчах подряд?
Думаю, что тут важна психологическая составляющая. Некоторые молодые девчонки дают слабину, после побед думают, что уже молодцы, свое дело сделали. Об этом, конечно, не говорится, но чувствуется. Потому в следующих матчах уже играешь не на 100%, а на 90%. Такого на чемпионатах мира не прощают, что мы и увидели. Эти 10% умножьте на шесть, по числу игроков на площадке — получится шестьдесят процентов. Это очень много. Конечно, еще и уставали. Девять матчей мы провели за две недели. Только один раз у нас был фитнес. Девочкам с травмами было сложно.
А почему не удается играть против европейских команд?
Тут ничего странного нет. Многие европейки играют у нас в чемпионате, мы постоянно на виду. Они нас знают хорошо, мы их знаем хорошо. Азиатский волейбол для нас — что-то новое. Если исключить «Игтисадчи», в котором одно время играли таиландки. После первой партии мы к ним адаптируемся, хотим доказать, что лучше. У Пуэрто-Рико и Доминиканы другой волейбол — более «горячий». Нам интересно их побеждать.
Но вы согласны с тем, что Германия и Бельгия ничего особенного из себя не представляют.
Дело было в неправильном внутреннем настрое. Посмотрите на Бельгию. У них есть хорошая связка, но она хорошая, потому что есть прием. На ее месте с таким приемом могла бы играть любая пасующая. Они сплоченные и относительно одинаковые по росту, по технике.
А у нас?
У нас Одина Байрамова невысокая, но принимающая. Яна Матьясовска высокая, ей сложнее координироваться при приеме. Настя Гурбанова в атаках как-то «скручивается», это тоже довольно необычно. Катя Жидкова левша, что нечасто увидишь в мировом волейболе. Я играю, в основном, на силу. У нас все нестандартные. Трудновато притираться бывает.
Вам принципиально стать лучшим бомбардиром ЧМ?
Я помню большую трагедию в своей карьере, когда «Азеррейл» играл в Лиге чемпионов и проиграл золотой сет казанскому «Динамо», не выйдя в Финал четырех. Он проводился в Баку, и я до сих пор помню, как перед моими глазами приз лучшему бомбардиру вручали кореянке Ким. Тогда с Казанью нам не хватило двух очков из-за глупых ошибок. Потеряли подачу. Сейчас я более спокойна, понимаю, что дальше мы не проходим. Но мне приятно, что я лидирую.
Вам предстоит сезон в Южной Корее за «Хюндай». Какова жизнь в этой стране?
Я там была пока что всего полторы недели. В первый же день меня отвезли к нашему спонсору, главе фирмы «Хюндай». Я оказалась первым легионером, с которым его познакомили. Сказали, что уже несколько лет за мной охотятся, и рассчитывают на меня. Тренеры других команд даже говорят: мол, вы поступили нечестно, купили Полину, и теперь станете чемпионами (смеется).
Это был мой первый чемпионат мира, и, конечно же, волнение присутствовало. Я понимала, что являюсь одним из основных игроков команды. Настраивала себя на результат. В сборной играю с 17 лет, выступала на чемпионатах Европы несколько раз. Надо было убить это волнение. Для нас этот результат хороший. У нас огромное количество игроков, которые не знали, что такое чемпионат мира. На этом мундиале мы обыгрывали команды, которые сильнее и лучше нас.
За счет чего?
Думаю, что мы давили их эмоционально. В памяти отложилась победа над Японией. Это был большой стресс. В первой партии мы боролись сами с собой. Собрались, за счет этого волнения победили.
Насколько этот матч вообще повлиял на команду?
Мы поверили в себя. На следующий день был Китай, мы им проиграли. Устали, у нас не было времени отдохнуть. Но психологически было уже легче. Было трудно с доминиканками. Они мощно прыгают. Та же де ла Крус прыгает выше всех участников чемпионата мира. Прыгает в атаке на 3,20! Тем не менее, мы взяли одну партию, еще одну провели на уровне. С Германией в последнем матче мы тоже бились до последнего. Я рада, что у нас появилась такая сплоченная команда.
Почему нашей команде не удавалось победить в двух матчах подряд?
Думаю, что тут важна психологическая составляющая. Некоторые молодые девчонки дают слабину, после побед думают, что уже молодцы, свое дело сделали. Об этом, конечно, не говорится, но чувствуется. Потому в следующих матчах уже играешь не на 100%, а на 90%. Такого на чемпионатах мира не прощают, что мы и увидели. Эти 10% умножьте на шесть, по числу игроков на площадке — получится шестьдесят процентов. Это очень много. Конечно, еще и уставали. Девять матчей мы провели за две недели. Только один раз у нас был фитнес. Девочкам с травмами было сложно.
А почему не удается играть против европейских команд?
Тут ничего странного нет. Многие европейки играют у нас в чемпионате, мы постоянно на виду. Они нас знают хорошо, мы их знаем хорошо. Азиатский волейбол для нас — что-то новое. Если исключить «Игтисадчи», в котором одно время играли таиландки. После первой партии мы к ним адаптируемся, хотим доказать, что лучше. У Пуэрто-Рико и Доминиканы другой волейбол — более «горячий». Нам интересно их побеждать.
Но вы согласны с тем, что Германия и Бельгия ничего особенного из себя не представляют.
Дело было в неправильном внутреннем настрое. Посмотрите на Бельгию. У них есть хорошая связка, но она хорошая, потому что есть прием. На ее месте с таким приемом могла бы играть любая пасующая. Они сплоченные и относительно одинаковые по росту, по технике.
А у нас?
У нас Одина Байрамова невысокая, но принимающая. Яна Матьясовска высокая, ей сложнее координироваться при приеме. Настя Гурбанова в атаках как-то «скручивается», это тоже довольно необычно. Катя Жидкова левша, что нечасто увидишь в мировом волейболе. Я играю, в основном, на силу. У нас все нестандартные. Трудновато притираться бывает.
Вам принципиально стать лучшим бомбардиром ЧМ?
Я помню большую трагедию в своей карьере, когда «Азеррейл» играл в Лиге чемпионов и проиграл золотой сет казанскому «Динамо», не выйдя в Финал четырех. Он проводился в Баку, и я до сих пор помню, как перед моими глазами приз лучшему бомбардиру вручали кореянке Ким. Тогда с Казанью нам не хватило двух очков из-за глупых ошибок. Потеряли подачу. Сейчас я более спокойна, понимаю, что дальше мы не проходим. Но мне приятно, что я лидирую.
Вам предстоит сезон в Южной Корее за «Хюндай». Какова жизнь в этой стране?
Я там была пока что всего полторы недели. В первый же день меня отвезли к нашему спонсору, главе фирмы «Хюндай». Я оказалась первым легионером, с которым его познакомили. Сказали, что уже несколько лет за мной охотятся, и рассчитывают на меня. Тренеры других команд даже говорят: мол, вы поступили нечестно, купили Полину, и теперь станете чемпионами (смеется).
