Мария Стадник – о переезде в Азербайджан, новой должности, допинге и японских шаманах
Бывший лидер сборной Азербайджана, многократная призерка олимпийских игр, чемпионатов мира и Европы Мария Стадник, ныне работающая координатором по женской борьбе в ФБА, ответила на ряд вопросов, передает azerisport.com.
Как вас приняли в Азербайджане?
Ой, очень хорошо. Они здесь меня все любят. Ну, честно, я благодарю эту страну за все. Я здесь чужая, хотя они говорят, что я своя. То есть ко мне здесь относятся как к своей.
А как в то время жизнь в Азербайджане отличалась от жизни в Украине?
Ну, смотрите, когда я переходила в Азербайджан, у меня было условие, что я живу и тренируюсь в Украине. Потому что я вышла замуж, у меня был муж. И плюс тогда там не было особо с кем тренироваться. Сначала мы приехали в Азербайджан, но на несколько месяцев, тогда я в основном боролась с ребятами. Короче, я поехала домой к мужу. И условия были такие, что я тренируюсь в Украине, а незадолго до соревнований приезжаю в Азербайджан и представляю их.
И долго так было, что вы жили и тренировались в Украине?
Ну 15 лет.
Вы только недавно переехали, да?
Тогда, когда началась полномасштабная война.
Какие трудности вас постигли три года назад в Азербайджане?
Ну, трудности… Здесь много людей говорит по-русски, языковой барьер не был проблемой. Но это все равно другие люди, другая культура, другой менталитет, другие традиции. Немножко в этом была сложность. Подружиться с местными мне было не так легко. Не то, чтобы не получилось подружиться – просто другая культура. Если бы я приехала в 15 лет, то, возможно, бы я к этому привыкла. Но когда мне уже 35, я уже сформированная личность, то немножко труднее. Они просто отличаются от нас, поэтому так. Но сейчас уже, конечно, стало проще. Сначала было тяжеловато, но сейчас я уже просто приняла их культуру. Это просто другие люди, другая культура, и все.
Недавно вы завершили карьеру. Расскажите, как вам далось это решение?
В принципе, это решение было принято давно. Поездка в Париж лишь подтвердила его. Я уже перед Олимпиадой-2024 понимала, что это будет мое последнее выступление. Просто хотела дать себе время, проверить свои ощущения. Думала: если сильно буду скучать по борьбе, то, возможно, вернусь. Но не скучала. Поэтому решила официально завершить карьеру.
Как за этот месяц изменилась ваша жизнь?
Никак кардинально не изменилась. Я по-прежнему каждый день хожу в зал. У меня новая работа, которая тоже связана с борьбой. Поэтому я не отошла далеко от спорта и, возможно, именно поэтому не испытываю большой ностальгии.
На что сейчас больше обращаете внимание в зале?
Хожу в зал больше для себя. После Олимпиады немного ухудшилось здоровье, и я поняла, что нужно поддерживать форму: делать кардио, легкие упражнения для общего тонуса. Мое тело привыкло пахать, как лошадь, а когда резко остановилась, организм испытал шок: давление, сердце. Поэтому сейчас спорт для меня –это прежде всего здоровье.
Вы стали куратором женской борьбы в Федерации борьбы Азербайджана. Как вам на этой должности?
Это совсем другая сторона спорта, другая система. Если в спорте все просто – кто выиграл, тот чемпион – то здесь много нюансов. Пока только вникаю, привыкаю к новым реалиям. Не скажу, что легко, но стараюсь адаптироваться.
Что дается труднее всего?
Новая система работы. У меня есть свое видение, но здесь много людей с другими взглядами, и нужно искать компромиссы. В спорте я знала, что нужно делать, принимала решения самостоятельно. Здесь иначе: решения коллективные, много обсуждений, процессы длятся дольше, чем я привыкла. Но, видимо, мне просто нужно адаптироваться к новому темпу и дать себе время.
Расскажите немного о своих обязанностях. Вы куратор, следите за определенными возрастными категориями?
Моя основная задача – общее развитие женской борьбы в Азербайджане. Это включает популяризацию спорта, организацию соревнований, привлечение тренеров, работу с родителями, объяснение, что такое женская борьба. У нас больше мусульманская страна, и родители неохотно отдают девочек в спорт, а в борьбу – тем более. Поэтому мы активно сотрудничаем со школами, пытаясь изменить эту ситуацию. Кроме этого, я занимаюсь координацией работы взрослой команды: корректирую план подготовки, сборы, соревнования и другие организационные моменты.
Как оцените уровень борьбы нового поколения в Азербайджане?
Девушки есть, потенциал есть, но в стране не хватает тренеров. Не знаю, как это мягче сказать… Если сравнивать с тем, когда я приехала сюда в 2007 году, то тогда женской борьбы здесь почти не было. А сейчас уже есть спортсменки, которые занимаются. Думаю, что мой собственный пример помог изменить отношение родителей к этому спорту. Они видят, что я и боролась, и создала семью, имею детей – борьба не помешала другой жизни.
Вы упомянули проблему с тренерами. Не думали сами стать наставником?
Нет. Я понимаю, что если стану тренером, то не смогу способствовать глобальному развитию женской борьбы в Азербайджане. А мне хочется быть полезной в более широком масштабе – не только для сборной, но и для общего развития спорта. Кроме того, у меня двое детей, и я не хочу снова постоянно быть в командировках, как это было во время моей спортивной карьеры. Быть главным тренером – это почти как быть спортсменом: тебя постоянно нет дома. Я выбрала путь, который позволяет и помогать борьбе, и быть рядом с семьей.
На Олимпиаде-2012 в Лондоне вы победили Ирину Мерлени. Насколько эта встреча была принципиальной для вас?
Для меня это не было принципиально. Мы боролись на турнире в Киеве перед Олимпиадой, я выиграла там. Я знала, что я сильнее, просто надо было это показать на соревнованиях, при судьях и зрителях. И, в принципе, так и произошло.
А поражение в финале от японки сильно ударило по вам тогда?
В Лондоне нет. Я чувствовала, что японка была сильнее. Она и психологически, и физически была лучше. Я немного неправильно построила тактику и истощилась. А вот за Рио, да, мне было очень обидно. Потому что там была какая-то мистика.
Расскажите о той мистике в финале. Вы снова проиграли японской спортсменке.
Не знаю, до сих пор не понимаю, что было не так. Я знаю, что в первом периоде я была на уровне, но судья дал свисток. Не понимаю, почему. Но время покажет, почему так произошло. Потом, на последних секундах, я стояла, не была уставшая, психологически даже не думала, что могу проиграть. И другие спортсменки тоже проиграли японкам, выигрывая за 10-15 секунд до конца. Я говорю, это какие-то японские шаманы, наверное.
А вы говорите, время покажет. Что вы имеете в виду?
Ну, например, я приходила в ногу и заходила на оценку, и судья дал свисток. Почему так произошло, не знаю.
В Токио вы завоевали бронзу и снова проиграли японке. Это те же шаманы?
Нет, это уже мое. Я не хотела ехать в Токио. И, видимо, Бог видел это. Я начала тренироваться только за четыре месяца до Олимпиады. И, в конце концов, поехала. Может, разочарование после Рио сыграло роль. Мне в Рио очень хотелось медали, а в Токио было как есть.
Что стало ключевым фактором в решении принять предложение выступать за Азербайджан?
У меня была дисквалификация за допинг в 2006 году – после чемпионата Европы. Я выиграла тот чемпионат, и потом у меня нашли допинг. До сих пор не знаю, как он туда попал, но как-то его нашли. Меня дисквалифицировали на полтора года. Оставался примерно месяц до окончания дисквалификации, и сборная Украины писала письма, чтобы сократить срок. Почти все уже прошло, оставалось буквально месяц. В Одессе должен был состояться турнир. Он был международным, но я не имела права принимать в нем участие. Хотя формально ничего страшного бы не произошло – не было бы ни штрафов, ни санкций, если бы я боролась. Но на этот турнир вернулась после декрета олимпийская чемпионка Афин Ирина Мерлени – она хотела проверить себя. И когда она меня увидела, началась паника. Она начала бегать, угрожала организаторам, что напишет в Международную федерацию, если меня допустят к турниру. Из-за этого меня сняли с соревнований – федерация просто не хотела скандала, потому что Ира была олимпийской чемпионкой и рассказывала им, как и что делать.
Я разговаривала с тренером сборной, и он мне сказал: «Ничего, ты еще молодая, еще поборешься». Но дело было не в «подожди». Я уже тогда понимала, что даже если позже захочу бороться за место в команде, мне просто не дадут шанса. Если Ира захочет бороться на Олимпиаде, мне скажут: «Сядь и подожди». Я предложила федерации: «Давайте мы с Ирой поборемся. Если я проиграю – вопросов нет». Но ответ был категоричным: «Нет, нет, нет, нет». Как раз на этот турнир приехали азербайджанцы. Они увидели весь этот скандал и сказали: «Если у вас здесь такие проблемы, приезжайте к нам. Попробуйте выступать за Азербайджан». Через месяц у меня должен был быть чемпионат мира среди юниоров. И если бы я тогда выступила за Украину, мне пришлось бы ждать еще два года перед сменой гражданства. Но поскольку я уже полтора года была дисквалифицирована, могла сразу выступать за Азербайджан. Нам пришлось быстро принимать решение. Меня пригласили в Азербайджан. Мы приехали, поговорили – и в итоге решили остаться. В Украине меня не видели, возможности для конкуренции не было, поэтому я ничего не теряла. Даже если бы в Азербайджане что-то не сложилось, в Украине для меня уже была закрыта дорога. Но оказалось, что это был мой шанс – и он открыл для меня путь в большой спорт. В федерации меня не пытались удержать. Они получили деньги и были рады. Сколько? Я не знаю. Но они точно получили деньги – официально или нет, я не знаю. Но в конце сказали, что я «продалась».
(NV Sport)
