5 февраля 2011 13:04
Очередная армянская ложь о Баку
Серебряный призер бакинского рейтингового турнира World Masters» по дзюдо Арсен Галстян, выступающий за команду России, рассказал о поездке в столицу Азербайджана, передает azerisport.com..
Арсен, как было принято решение ехать в Баку на турнир "Мастерс"? Не было сомнений в том, что это необходимо?
Это был серьезный турнир, в каждой весовой категории которого участвовало по 16 лучших спортсменов мирового рейтинга. Я являюсь четвертым в мировом рейтинге и первым в российском, потому, естественно, наш тренер включил меня в команду. Кроме того, главный тренер российской сборной Эцио Гамба - итальянец и он о существовании карабахско-азербайджанского (тут, скорее всего, поработали коллеги, Галстян наверняка назвал конфликт «армяно-азербайджанским» – Ред.) конфликта не знал ничего. Ближе к соревнованиям, когда ему рассказали о том, что в Азербайджане армянам угрожает опасность, он полушутя-полувсерьез сказал, что будет лично меня охранять, но я должен ехать. Я же сам ни секунды не сомневался, что должен ехать на этот турнир, в том числе и потому что он будет проходить в Баку. Родители, конечно, волновались и отговаривали меня, но решение было принято.
Вы полетели и, чуть было, в тот же день не вернулись?
Если быть точнее - меня хотели вернуть представители Азербайджана. Когда мы прилетели в Баку, сразу же начались проблемы. При прохождении паспортного контроля тренер пропустил меня вперед, чтобы контролировать ситуацию в случае возможных осложнений. Женщина, сидевшая на контроле, прочитала фамилию и сразу же вызвала старших по званию. Подошли мужчины, забрали мой паспорт и начались часы ожидания. Мне сразу сказали, что не пропустят в город, так как не могут гарантировать моей безопасности. Единственное безопасное место для меня они определили в аэропорту, где я должен был дожидаться обратного рейса и улететь. Наш главный тренер сделал все возможное, чтобы решить ситуацию, начав звонить в различные инстанции, в том числе и международные. В аэропорту прямо сказали, что без приказа свыше они меня не пропустят. Сидел я в отдельном помещении более трех часов и наконец, проблема решилась и меня пропустили. Не знаю, до какой высокой инстанции дозвонился наш тренер, связей у него достаточно.
Должен сказать, что команда у нас очень дружная и ребята приняли решение, если не пропустят меня, то все останутся со мной и откажутся от участия в турнире. Спорт вне политики и для моих товарищей не понятна была подобная позиция азербайджанской стороны.
Однако, проблемы продолжились и в самом городе. Российская пресса писала, что Вам пришлось бороться не только против соперника, но и против агрессивного настроя трибун…
В первый день все было нормально. Нас разместили в отеле, меня еще никто не знал и я с ребятами даже погулял по центру Баку. Но на следующий день начались соревнования и я увидел другой Баку. Зал, где проходили соревнования, был переполнен и как только диктор называл фамилию Галстян, весь зал приходил в неистовство - начинал гудеть, шуметь, выкрикивать нецензурщину и так было в каждом бою с моим участием. Агрессивно были настроены и дети, и взрослые. Когда я проходил под трибунами после боя, некоторые особо буйные "болельщики" пытались выскочить с трибун, или делали вид, что пытались. В схватке за выход в финал я встретился с азербайджанцем (Ильгаром Мушкиевым – Ред.). Бой начался с такого же рева, как всегда, но когда я его бросил возникла гробовая тишина. Трибуны пришли в себя от неожиданности только после объявления фамилии победителя, то есть моей. Бросил я его вчистую, все произошло быстро, секунд за 25. И когда я боролся в финале, весь зал с удвоенными усилиями стоял против меня, поддерживая моего соперника из Узбекистана. Конечно, моральное давление на меня сказывалось.
На следующий после боя день выходить на улицу уже было опасно. Все меня увидели, по всем телеканалам сообщили о моей победе над азербайджанцем, поэтому ничего не оставалось, как сидеть в отеле. Тем более, что мне сообщили как после боя с азербайджанцем на улице у спортивной арены собиралась толпа, желавшая расправиться со мной (а вот это уже не соответствовало дейстительности – Ред.). Последнее что я услышал от бакинцев, перед посадкой на самолет, это был вопрос человека на паспортном контроле, спросившего с ухмылкой понравился ли мне Баку. Я ответил "да", учитывая результат, который показал и впечатление, которое оказал на бакинских зрителей.
Источник: Еркрамас
